Перевод Я.Семевской ------------------------------------------------------------------------- Текст: Шервуд Андерсон. Рассказы. М: ГИХЛ, 1959. Стр. 480-484. Электронная версия: В.Есаулов, yes22vg@yandex.ru, октябрь 2003 г. --------------------------------------------------------------------------
Я вышел из здания аукциона на Пятой авеню. Падал снег. Только что я видел, как за двадцать тысяч долларов было продано полотно Блекфута. Рэмзи, знаток картин и коммерсант, подошел к моему приятелю Трайкапу, который стоял возле меня, вертя в руках тросточку, и обратился к нему с краткой речью. Трайкап, как некогда Блекфут, был подающим надежды художником. Блекфут, надо вам сказать, сошел с ума, и его запрятали в какую-то больницу вдали от Нью-Йорка. Рэмзи тронул Трайкапа за плечо и заговорил доброжелательным тоном. Я не мог этого вынести. Мне стало тошно от его слов. - Расправьте плечи, дружок, - сказал Рэмзи. - Дышите глубже и расправьте плечи. Я отправился из Пятьдесят восьмую улицу и пригласил одну знакомую пообедать со мной. Это была впечатлительная девушка аристократической внешности, приехавшая откуда-то с Запада, и мне хотелось причинять ей боль. Я представлял себе, как я расскажу ей историю Блекфута и как исказится ее выразительное лицо. В моем желании причинить боль такой милой девочке была некоторая извращенность, как есть извращенность и в том, что я хочу увидеть историю Блекфута напечатанной. Я хотел бы причинить боль многим людям. В тот вечер, когда была продана картина, мы с моей знакомой вошли в ресторан. Его владелец приблизился, чтобы взять у меня пальто. Седой человек со слащавым лицом, похожий на Рэмзи. Он положил руку мне на плечо. - Вы начинаете горбиться, мой друг, - мягко зажурчала его речь. - Выпрямьтесь! Надо приучить себя дышать глубоко и держаться прямо. Я не ударил этого человека, может быть оттого, что у меня сильно задрожала рука. Я только вырвал у него пальто и выбежал на улицу. Девушка выбежала за мной. - Убирайтесь к черту! - крикнул я владельцу ресторана. Мне хотелось крикнуть это всем тем дрянным людишкам, которые свели с ума великого Блекфута, выкрикнуть перед ними то, что я сейчас расскажу вам. Как я и предвидел, рассказ огорчил мою приятельницу. Надеюсь, он огорчит и вас. Двадцать лет назад Блекфут был бедным художником и жил в Нью-Йорке. В этом нет ничего особенного, но он, видите ли, был настоящим художником, а в этом уже есть нечто особенное. Он был женат на дочери содержателя прачечной и жил в том клубке улиц нижнего Мэнхеттена, который известен под названием Гринич-вилледжа. Я не стану говорить о том, как бедствовал Блекфут. Это было ужасно, но дело не в этом. Комфорт и обеспеченное положение иногда не менее ужасны. Как бы то ни было, он жил в крошечной дешевой, темной квартирке; под ногами у него копошились ребятишки, число которых все увеличивалось, беспорядок и грязь окружали художника. Блекфут был худой, бледный человек лет тридцати, очень сутулый.
